Какие скандалы сопровождали создание Джорджем Доу Военной галереи для Зимнего дворца?
![](/text94418-150202-1.jpg)
Репродукции портретов русских полководцев кисти английского художника Джорджа Доу видели все, кто интересовался историей России. А посетители Эрмитажа, несомненно, запомнили Военную галерею Зимнего дворца, ставшую выдающимся памятником Отечественной войне 1812 года.
На вершину европейской славы Доу вознесли именно портреты военачальников, которые он начал писать еще в Англии. Художник, обладая хорошей зрительной памятью, создавал портреты очень быстро, работая широкими мазками. При этом он добивался поразительного портретного сходства, но не чурался и польстить портретируемым.
Джордж Доу родился 8 февраля 1781 года в Лондоне в семье гравера. С детства мальчик готовился пойти по стопам отца, получив хорошее художественное образование в лондонской Академии художеств. Но уже в годы учебы «переориентировался» и стал писать большие картины на мифические и библейские сюжеты, за которые получил несколько престижных наград и премий. Его отличительной чертой всегда был не только талант живописца, но и поразительное умение «держать нос по ветру».
Став известным как религиозный и исторический живописец, он понял, что особых денег в этом жанре не заработаешь, и «переквалифицировался» в портретисты. Созданная им серия портретов участников сражения при Ватерлоо вызвала широкий резонанс. Заказывать портреты у Доу стало модным.
В 1818 году он работал в Ахене, где тогда проходил Конгресс глав государств Священного союза. Здесь его мастерскую посетил российский император Александр I. Чем императора привлек англичанин, сказать трудно. Возможно, быстротой и высоким качеством работы. Подобный художник и нужен был Александру, чтобы реализовать грандиозный замысел — создать портретную галерею российских генералов — участников войны 1812 года и последующих зарубежных походов для Военной галереи Зимнего дворца.
Договор с Доу был заключен, и весной 1819 года англичанин приехал в Петербург, где ему предстояло прожить 10 лет. За это время им и его русскими учениками было выполнено более трехсот портретов для галереи и значительное количество портретов и копий по частным заказам. Уже осенью 1820 года была устроена небольшая выставка первых работ Доу, после которой он был принят в почетные вольные общники Академии художеств. Успех выставки был несомненен, мастеру буквально посыпались заказы от членов царской семьи, высокопоставленных сановников, генералов и гвардейских офицеров. Иметь портрет от Доу стало престижно.
Работы у художника значительно прибавилось, и он подобрал себе двух помощников, Василия Александровича (Вильгельма-Августа) Голике и Александра Васильевича Полякова, которых основательно загрузил работой. Особенно тяжело пришлось Полякову, который был крепостным генерала А. Корнилова и оказался в полной зависимости от англичанина.
С самого начала деятельности Доу в России, его сопровождали скандалы. Естественно, что первыми возмутились русские художники, мимо которых прошел крайне выгодный заказ, и их высокопоставленные покровители. А ведь в это время в России работали такие признанные мастера портретного жанра, как В. А. Тропинин, О. А. Кипренский, К. П. Брюллов, Р. М. Волков, В. И. Мошков. В адрес императора посыпались упреки, что портреты российских героев будет писать иностранец, который не сможет передать патриотический дух российского воинства.
К тому же, Доу стали обвинять в откровенном стяжательстве, ведь он брал за портрет до 1000 рублей, значительно больше, чем русские художники. Комитет Общества поощрения художников даже обратился к императору с письмом: «Доу не как художник, думающий о чести, но как торгаш, имел целью пребывания своего в России только одно накопление сумм и, ничем не довольный, пускался на предприятия коммерческие, даже непозволительные».
При столь высоких ценах за портреты вскоре возникло сомнение, что автором отдельных из них является сам Доу. Дело в том, что Голике и Поляков быстро усвоили живописную манеру своего шефа, стали писать аксессуары на портретах и даже делать копии с его работ, которые отличить от подлинников мог только сам Доу. Все, что выходило из его мастерской, Доу подписывал своим именем. Поэтому отличить подлинную работу мастера от копий, сделанных его учениками, было невозможно. Художника открыто обвиняли в том, что два портрета императора, представленные им на Макарьевской ярмарке в Нижнем Новгороде, написаны Александром Поляковым.
Возможность делать деньги на своем имени Доу использовал на все 100 процентов. Он вызвал из Англии зятя Томаса Райта и младшего брата Генри Доу, которые стали делать гравюры с написанных им портретов. Эти гравюры был необычайно популярны, хотя и стоили недешево.
Перегруженный работой, Доу иногда откровенно халтурил. Сравните портреты генералов Д. П. Неверовского и И. Е. Шевича, не возникает ощущение, что на них только головы и часть наград разные? При этом в подлинном мастерстве художника сомнений не возникало. Работал он много и, как говорится, на износ. Создать громадное количество поясных портретов и не повторяться в ракурсах, конечно, крайне сложно. Он умудрялся даже писать портретируемых со спины, яркий пример — портрет генерала Ермолова.
Любопытно, что творчество живописца высоко ценил Пушкин. Вот его отзывы в стихах о Доу: «художник быстроокий», «своею кистию свободной и широкой», «дивный карандаш», «поэтический портрет», «быть должен гений». Достоверно известно об одной встрече поэта с живописцем на пароходе по пути в Кронштадт. Именно тогда Пушкин и написал стихотворение, назвав в нем Доу гением. А художник, по словам поэта, зарисовал его «арапский профиль». Судьба этого рисунка неизвестна.
Интересно и другое. С Джорджем Доу встречался практически весь сановный Петербург, но описаний внешности живописца не оставил никто. Автопортретов мастер не писал, зачем делать то, за что не заплатят. Единственный известный портрет Доу сделан уже после его смерти, его приписывают кисти Василия Голике, изобразившего на этом полотне и себя с семьей, но достоверных доказательств этого нет.
Несмотря на все скандалы и недоразумения, к 1828 году работа практически была закончена. Портреты заняли свои места в галерее, которая была торжественно открыта еще 25 декабря 1826 года. Доу получил звание первого портретного живописца императорского двора, но отношения с императором Николаем I у него не сложились, и вскоре он вынужден был уехать из Петербурга. Именно в ходе его отъезда на родину с ним и общался Пушкин.
Кстати, ухудшению отношений с императором способствовал очередной скандал. Художник что-то перемудрил с красками, возможно, что из экономии, и к этому времени многие из написанных им портретов стали стремительно темнеть. Исправлять их поручили Александру Полякову, который и отреставрировал порядка 200 портретов.
В феврале 1829 года Доу ненадолго вернулся в Россию, чтобы завершить несколько портретов. Но из-за ухудшения здоровья вынужден был уехать в Лондон, где в октябре скончался.
Джордж Доу, несомненно, был талантливым живописцем, а созданная им величественная Военная галерея Зимнего дворца навсегда вписала его имя в историю России.